После всех
собраний и переговоров в течение недели, в субботу утром отправив двух старших
на музыку и оставшись с младшим, который болеет я, дала себе что-то вроде обета
молчания. Решила, что даже про себя постараюсь не говорить, так как очень сильно
нуждаюсь в перезагрузке. Днем посмотрела целых два фильма, где то с середины,
но до конца. На мультик дети тоже пошли без меня, хотя я очень хотела, но с
внешним миром общаться не хотелось. Вечером малышу стало хуже и когда он
успокоился и заснул я объявила среднему, что сегодня его укладывать тоже не
буду, буду отдыхать. Он подождал, где то час, поплакал, и я его все же уложила и пошла к
младшему, который опять проснулся.
Сегодня на
завтрак пришли родители, а я обожаю коллективные, любимые завтраки. Мама это
знает. Папа принес горячий хлеб, каждому по жареной перепелке, мама молоко и
свои золотые руки. Завтрак перешел в обед, дети поиграли и поборолись с baba, родители ушли, а мы занялись уроками.
Днем я включила компьютер
и написала: «Я не знаю в чем смысл жизни. Мы все рождаемся, как чистый лист и
должны всему учиться заново. Все, что знают наши предки не передается нам при
рождении. Нас воспитывают, заполняют мозг информацией, мы учимся, рожаем новых
людей и движемся дальше. У детей все начинается заново. Что остается после нас?
Должно ли что-то после нас оставаться? Нужно ли вообще заморачиваться? Может
просто жить?».
Потом я решила
почитать Лабковского и в одной из его статей я наткнулась на Виктора Франкла, про которого в интернете
написано, что он «один из ведущих представителей гуманистического направления
в психологии. Создатель концепции логотерапии, согласно которой главным мотивом
человеческого поведения является стремление найти и реализовать существующий во
внешнем мире смысл жизни». И еще «25 сентября 1942 г.
Франкл, его жена и родители были депортированы в концентрационный лагерь Терезиенштадт. Всё своё время пребывания в концлагере Франкл посвятил врачебной деятельности, которую он, конечно же, держал втайне от СС. Вместе с другими психиатрами и социальными работниками со всей Центральной Европы он оказывал заключённым специализированную помощь. 29 июля 1943 г. Франкл организовал закрытое заседание научного общества. 19 октября 1944 г. Франкл был переведён в концентрационный лагерь Аушвиц, где провёл несколько дней и был далее направлен в Тюркхайм, один из лагерей системы Дахау, куда прибыл 25 октября 1944 г. Здесь он провёл следующие 6 месяцев в качестве чернорабочего». «В послевоенные годы Франкл опубликовал более
32 книг, многие из которых были переведены на 10-20 языков. Франкл также
посетил с лекциями и семинарами множество стран и стал обладателем 29 почетных
докторских степеней.»
Под большим
впечатлением от прочитанного, читая и занимаясь другими делами я вдруг заметила
на лице младшего сына покраснения. Перестав читать про человека, имя которого я
еще не запомнила, я начала в ужасе просматривать фото детей, с такими же
покраснениями. Ветрянкой мы, как говорят мамы, уже болели, «о боже, неужели
корь или краснуха, скоро новый год, оставайся позитивной, надо показать мужу, кажется
сыпи больше, а вакцинацию же делали, не паникуй, давай дадим против-аллерген,
наверное, из-за медикамента для болей в животе.» Переживала пока купала других,
про ученого уже читать не хотелось, постоянно смотрела на малыша, в голове и в сердце не спокойно. И вот где то
через час покраснений стало меньше, а значит это слава богу оказалась аллергия,
прибежала к мужу, на что он сказал, что заметил и знал, что это аллергия и мне
не надо было волноваться.
Я опять начала
разглядывать малыша, на радостях кажется подскочил уровень эндорфина, начала
мужу рассказывать, как я сегодня писала о смысле жизни и сразу же наткнулась на
этого ученого, который посвятил жизнь изучению именно этого понятия. «Разве это не
поразительно», радовалась я. Муж улыбнулся и спросил, как зовут ученого, и
кажется, порадовался за меня тоже. Этого было не достаточно. Когда мне хорошо или я под впечатлением, мне хочется всем рассказать и хочется писать. Вот написала. Спасибо, что прочитали. Буду изучать Виктора Франкла
дальше, так как со смыслом жизни пока не все понятно. Но, господи, как же я
рада, что у Фараджа все прошло. Спокойной ночи, страна.
